22 октября 2017 18:56:48
+7 (391) 236-01-36

Лицо в памяти

Фото: Vistanews.ru
Мы, родители останемся в памяти своих детей молодыми и красивыми. Это высокие стройные люди с гладкой кожей, современно одетые, стильные, свежие, счастливые.

Помню, как мама стояла у зеркала и прихорашивалась, а я смотрел на неё и думал: какая же она красивая! Тогда ей было 33. Помню, как она возвращалась с работы, это был полный восторг, я бежал к ней и со всей скорости врезался в мокрую от растаявшего снега шубу, и мне было не важно, что это всего лишь шуба, что сама мама где-то наверху, откуда лился её голос. Я прижимался щекой к тающим снежинкам и был абсолютно счастлив. Я запоминал её такой.

Папу я запомнил сидящим с книжкой, этот образ перевесил все остальные менее привлекательные образы, такие, как папа, сидящий на диване и смотрящий телевизор, папа, курящий на кухне около открытой форточки, папа, лежащий на кровати утром, когда ты уже проснулся раньше всех, а все остальные спят, потому что им можно, потому что они работали всю неделю, а ты всего лишь ходил в детский сад.

Ещё папа запомнился делающий мебель для дома,  паяющий под настольной лампой какие-то схемы, папа, едущий на велосипеде Спутник-Шоссе, папа в плавках брызгается бриллиантовыми каплями, когда мы купаемся на озёрах северного Казахстана.

Родители остались внутри именно такими, несмотря на то, что сейчас они другие. Папа больше ничего не паяет, а мама не носит шубы. Но внутри у меня они остались такими же. Боги.

Какими запомнимся мы для своих детей? Счастливыми, с улыбкой и красивыми белыми зубами? Или хмурыми и недовольными? И то, и другое естественно, человеческие эмоции это часть жизни. Хотелось бы побольше улыбок и горящих глаз в этих воспоминаниях. А тревожные резкие движения пусть лучше останутся за кадром.

Каждый день мы отправляем своё лицо в будущее, запечатываем его в конверт и оставляем почтальону — времени. Оно отправляется в путешествие на многие годы, на всю жизнь. Мы будем жить в детских воспоминаниях, а тем временем сможем спокойно стариться и находить седину, стоя около зеркала.

Нам будет разрешено все, ведь мы тоже живые люди и как все живое мы временны и изменчивы. «Все пройдёт – и мы пройдём». Нам можно будет курить длинную сигарету, пить коньяк, сидеть в кресле и лениться сходить в магазин за продуктами. Для этого есть другие, более молодые люди. Эй, вы где? Хочется верить, что они будут где-рядом, хотя о чем это я? 

Дети, как яблоки, должны упасть подальше от дерева, и желательно на ежика, чтобы он утащил их на своей спине за реку, туда где совсем другой климат и солнце встаёт выше и трава зеленее.

Но чего я бы не хотел, так это остаться в памяти детей смотрящим в телефон. Сутулая фигура на фоне окна, человек-инстаграм, человек-фейсбук.

И каждый раз, когда хочется заглянуть в телефон и проверить, не перевернулся ли мир там без меня, я оглядываюсь, как агент под прикрытием, проверяю периметр и наличие скрытых камер детских глаз. Как волк бегу в заросли прячусь в молодом ельнике, зарываюсь в мох и прислушиваюсь к шелесту иголок:

«Это книжка видишь, это не фотографии, это у взрослых такие книжки, они без картинок, но очень очень интересные, ты когда вырастишь тоже будешь читать книжки...»