24 июля 2017 17:50:15
+7 (391) 236-01-36

Сныть

Фото автора

Фото автора

Фото автора

Фото автора

Московское Строгино – островок курчавых земляничных полян, неполотых высоких трав, плавающих кувшинковых полей, затравенелых тропок, полынных пустошей и грибниц, черных, седых ив, звенящих на летнем ветру, и ласковых речных купелей с песчаными впадинками на Москва-реке.

Царевна этой изобильной вольницы – сныть: целебная, животворная, баюкающая в своих высоких, кружевных зонтах всякую божью тварь, сытная и хлебосольная, родная и несомненная всякому хворому и раненному сердцу. В ее мягком запахе – материнское смирение и тепло молока, в не ярких цветках – нет красоты, только невесомость и божья благодать, увлекающие прочь от тоски и напасти.

Откуда такое притяжение к этой совсем не букетной ключ-траве? В войну ее заготавливали тоннами, варили супы, крошили салаты, отшельник Серафим Саровский больше тысячи дней питался только снытью. Мама рассказывала мне, что в обездоленные времена сныть лечила раны и проказу, любую душевную боль и морок, ревматизм, цингу и инфекции. Ее химический состав очень схож с нашей кровью. Далекие предки об этом знали на уровне инстинкта. А мы, попав в мир, полный бесполезных фантиков, уже давно не держимся за крепкие стебли.

Но однажды, «заблудившись» в каком-нибудь лесу или на Острогинском нетронутом острове посреди мегаполиса, мы встречаем эти травы и цветы, эти мхи и соки, полные мира, силы и любви. Стелемся на клеверных и клубничных коврах, ныряем в мелкую живую волну реки, вяжем венки из безымянных соцветий, обнимаемся с горькой полынью и счастливой снытью, чтобы избавиться от тревог и обид. И как слепые котята тянемся к тому, над чем не властно время и война. 

Фото автора

Фото автора

Фото автора

Фото автора