25 июня 2017 19:08:23
+7 (391) 236-01-36

Восьмой круг Данте Алигьери

Фото: natrufi.com

Фото: natrufi.com

Фото: natrufi.com

В аду не хватает энергии, чтобы изменить что-то. Вот в чем смысл ада.

Айрис Мёрдок

По одной из версий – суровый Дант родился именно в этот день, 26 мая 1265 года.

Вершина его «Божественной комедии» –  Ад. Чтение сложное не только душевно, но и стилистически. Но есть в «Инферно» один смешной отрывок, на котором можно реально отдохнуть и даже посмеяться. Читать терцины вы вряд ли будете, потому – краткий пересказ.

Дело происходит в Восьмом круге. Маленький Данте уже немножко попривык к ужасам Ада, он всё реже прижимается от страха к огромной тени Вергилия. Позади Цербер, Плутос, жуткая река Стикс и зловонные болота с грешниками. Позади фурии на стенах столицы Ада – огненного города Дита , остались за спиной мертвецы в раскаленных могилах и гробницах Дита. Даже страшно вспоминать о Минотавре, ещё страшней - о реке, где в прямом смысле кипит и булькает раскаленная кровь. В панике пройден уже стонущий лес самоубийц с гарпиями и псами. Только-только наша парочка пробежала сквозь горючие пески, с огненным дождем, от лавинообразных капель которого не скрыться.

И вот тут они попадают в злопазухи. Это такие щели (рвы), и в каждом свои, индивидуальные муки. Ад у Данте – вообще сугубо индивидуальная вещь. Массовые страдания описываются мимоходом, фоном. Настоящие ужасы Данте воспринимает только через отдельные истории отдельных душ. Его душа уже немного закалилась, он всё реже падает в обмороки.

И вот здесь, в Восьмом круге, разворачивается реальное, полноценное общение с чертями. До этого все демоны напрямую с главным героем практически не коммуницируют. И вот Данте с Вергилием доходят до пятого рва, залитого кипящей смолой, в которую крылатые черти (Злохваты) бросают взяточников и следят, чтобы те не высовывались. Следующую часть пути нашим героям придется пройти с этой смешной компанией.

Больше так смешно в Аду уже не будет. Здесь Данте как бы даёт передохнуть читателю. К ХХII песне и Восьмому кругу концентрация зла и ужасов зашкаливает.

Черти (их клички Борода, Собачий Зуд, Рыжик, Боров, Забияка, Дракон, Десятник, Собака, Косокрыл) ведут себя, как и положено чертям , крайне неприлично. Они постоянно скалятся, показывают языки, издают задом оглушительные непристойные звуки и огрызаются на поэтов, останавливает их только Десятник, шефу чертей дано распоряжение – не трогать «туристов».

В это время они вытаскивают из смолы несчастного, чтобы подрать его крючьями. Вергилий просит Десятника поговорить с ним и узнаёт его историю. Черти тоже заинтересованно слушают и предлагают взяточнику из Наварры бесовскую игру: ему дают временнУю фору, шанс уплыть от них. А потом – Данте сравнивает несчастного с селезнем за которым охотятся соколы. Но ловкий грешник, гонимый страхом, на время уходит от преследования, чем вызывает ярость и жуткую брать крылатых демонов. В гневе они начинают драться друг с другом и сами падают в раскаленную смолу. Их коллегам приходится бежать по течению и вылавливать упавших чертяг длинными баграми. Вот как это у Данте:

Послушайте, какой тут вышел смех!
Все в сторону оборотили взоры
И тот всех прежде, кто был против всех
Миг улучил тогда Наваррец скорый:
Встал на ноги и в смолу в тот же миг
Прыгнул, вести им предоставив ссоры.
Такой удар всех озадачил их;
Но бес, виновник шутки неприятной,
Помчался с криком: «Я тебя настиг!»
Напрасный труд! быстрее был стократно
Испуг, чем крылья: дух пошел ко дну,
А бес вернулся на лету обратно. 
Так утка вмиг ныряет в глубину
От сокола; а он, обманут уткой,
Рассерженный несется в вышину. 
Тогда Давило, разбешенный шуткой,
Помчался вихрем, рад, что есть предлог
Подраться с тем, пред кем обманщик чуткий
Исчез в смоле, и когти рук и ног
В товарища впустил, и так над ямой
Сцепился с ним. Но тот и сам не плох! 
Как ястреб сам сцепился с ним упрямо
Когтьми и драка страшная была,
Пока не пали в пруд кипящий прямо.
Смола обоих тотчас разняла;
Но не было в них сил взлететь над лавой:
Так облепила крылья им смола! 
Тут сжалился над ними Черт-Курчавый:
На помощь им велит тащить багры,
И четверо, налево и направо,
Спустились в ров с обрывистой горы
И, крючьями их зацепив во мраке,
Вмиг извлекли из смоляной коры

А пока демоны заняты спасением товарищей, в общей суматохе, оба наших поэта быстренько бегут вниз. К Девятому кругу. От греха подальше. Это самый нестрашный (и даже смешной) отрывок из «Инферно». И до, и после нет ничего, кроме страха и горя. Только узкий пятый ров даёт читателю на время расслабиться и усмехнуться над потасовкой чертей.

Дальше – вновь никакой альтернативы. Входящие, оставьте упованья.

Фото gravures.ru

Фото gravures.ru

Фото gravures.ru