30 марта 2017 07:40:40
+7 (391) 236-01-36

Кошачьи хитрости и собачьи радости

Мой кот – редкая сволочь. Странно. Ведь я знал его мать. Достойная деликатная кошка была. Апорт приносила. Наверное, всё дело в отце. Правда, он со мной не знакомился. Не счёл нужным. Чтобы я алименты мышами не требовал.

Но, думаю, кот и папашу превзошел по сволочизму.

Он геронтофил и альфонс. Втирается в доверие к старушкам. К счастью, пенсионеркам, а не процентщицам. Хотя и с теми бы не оплошал – поиграл бы топориком.

Потому что он прирождённый артист и авантюрист.

Сегодня я видел своего кота в образе бродячего и отверженного всеми создания.

Мы столкнулись с ним у магазинчика на углу.  Он выслеживал старушку. Та вышла с пакетиком вискаса. Моя скотина стала столбиком и изобразила умильность на морде.

Потом он перешёл к предварительным ласкам, распушив хвост и активно стимулируя бабкины коленки. Та растаяла: «Бедный котик... такой ласковый...  я ему всегда что-нибудь вкусненькое покупаю!» – обратилась она незатейливо ко мне.

И очень зря. Мне бы хотелось посмотреть, как «бедненький котик» будет давиться вискасом. Незадолго до этого он единолично сожрал всю вареную говядину для него и для пса.

Несчастное создание всё-таки меня опознало и рвануло в кусты сирени. Я злился все сто метров до калитки, мстительно представляя, как его, во-первых, вымою с отбеливателем, а потом чипирую и надену ошейник. Прерву на пике артистическую карьеру.

А потом подумал: а зачем? Может, кто из сердобольных старушек ему наследство оставит? Дом запишет? Или просто в завещании упомянет?

Кот и пёс

Мой пёс раньше хотел быть котом. Но кот его отговорил. Наверно, сказал, что у него лапы короткие. И хвост неправильный. По забором скакать не сможет. И через забор не перевалится. Потому что толстый. На диванную подушку похож. Или на скамейку.

Похоже, пёс устал от оскорблений и кошачьего презрения. Еще бы. Он ему – бескорыстную любовь и свободный подход к миске с едой. А в ответ – лапой по морде. Или того хуже – прыжок на холку и змеиный укус за ухо.

Теперь пёс хочет быть мной. Я лучше. Спокойнее. По заборам не прыгаю. На ворон не охочусь. Из его миски не подъедаю. Поэтому он всегда хочет всё делать со мной – есть, спать, сидеть на коленях и показывать язык коту.

Мало того – пёс меня идеализирует. Если я вдруг начинаю драться веником, то в этом виноват, конечно, веник. Они такие – эти веники. Коварные и агрессивные. У нас уже нет ни одного веника – все убиты и расчленены.

Тапки тоже на подозрении. У тапок более скрытый жизненный цикл, чем у веников. Детство тапки проводят в тихих местах – под диваном или у двери. Потом они оперяются и начинают летать. Часто прицельно.

Пес уверен, что если их поймать на излёте и вовремя закопать под куст, то из них вырастет что-нибудь хорошее. Или вылупится. Бабочки, например.

Поэтому свои тапки, а также носки я ищу под кустами. Пока они ещё в рост не пошли. Почему носки? Наверно, Фунтик их считает личинками тапок. Или же симбионтами. Как грибы и деревья. Носки и тапки – очень логично.

К осени жду большой урожай тапок и носков.

А вообще – живём мирно. Повзрослели. Уже без веников и летающих тапок.  Так, иногда, для остроты эмоций.

Про носки

Вчера под смородиной нашел гнездо носков. Фунтик взволновался. Он стал отводить меня от смородины, как ласточка от гнездования. Как раненая ласточка. Подтягивая смущенно заднюю лапу и фальшиво повизгивая. Дескать, неча в твоем возрасте под кусты пялиться. Лучше здоровьем пса займись.

Раньше у каждого носка был свой куст. Личный. Я ходил по участку и собирал их, как грибы. Если выдавался носочный день – набирал с полкорзины. Особенно хорош урожай был после носочного дождя – тогда они матово блестели пяткой и выглядывали из земли.

 

Наверное, этим браконьерским сбором я наносил психологическую травму псу. Носки не успевали ни вырасти, ни расплодиться – их тут же собирали.

Фунтик решил активизировать процесс. Гнездованьем. Он заботливо укрыл их сухими листьями и немножко прикопал – для тепла. По его мнению, через короткое время они должны были отложить яйца или сразу детенышей. Смотря по погоде. А тут я.

Захромаешь, однако…

Раньше я своего пса считал токсикоманом. Ну, кто еще может ловить кайф от грязных носков? С закатываньем глаз и отвисаньем челюсти? Теперь я понял, что был неправ.

Это его коллекция ароматов. Парфюмерный отдел. Мои носки – это явно шанель № 5, дедовы будут покрепче и ярче букетом – Герлен, носки нашего пророба-бурята Михалыча – насыщеннее и с ноткой мускуса – явно Мицуко. Бабкины – какая-нибудь туалетная вода советского производства.

Поэтому я деликатно не стал разрушать место гнездования.

Грустновато, конечно, что под диванами и креслами по всему дому тоскуют одинокие, покинутые и тоскующие по братьям носочно-чулочные создания. Мануфактурные вдовцы и вдовицы. Но не Фунтик такой, жизнь такая. Собачья. Должна же и у него быть радость?

А я себе целую коробку новых куплю. И на шкаф поставлю.